В феврале 1989 года завершился вывод советских войск с территории Афганистана

       Корреспондент ИА «Татар-информ» поговорила с воином-интернационалистом, ныне заслуженным врачом РТ Айратом Рахматуллиным и заглянула вместе с ним в его армейский альбом.

Ветеран Афганской войны Айрат Рахматуллин: «Если ты не стреляешь, то стреляют в тебя»
Айрат Рахматуллин осенью 1984 года был призван в Советскую Армию. Он не знал, что спустя полгода отправится в Афганистан

Уроженец села Шемяково Апастовского района Айрат Рахматуллин осенью 1984 года был призван в Советскую Армию. Он не знал, что спустя полгода в составе советских войск отправится в Афганистан.

– 23 октября 1984 года меня вызвали в военкомат и вручили повестку. В один день три парня из нашей деревни ушли в армию. Нас проводили всей деревней.

Нам сказали, что будем служить в Средней Азии в погранвойсках. В какой конкретно город едем, мы, конечно, не знали. Прибыв в Таджикистан, я послал домой телеграмму, что у меня все хорошо. Сначала у нас была учеба в Душанбе, затем примерно три месяца я охранял границу. Через полгода после начала службы нас погрузили в вертолеты и увезли в Афганистан. Там уже нас встречали с бронежилетами, касками, мы все это надели на себя, нам дали оружие. После этого мы уже автомат не выпускали из рук ни на минуту – ели с ним, спали.

 Как родные восприняли твое участие в войне?

 Поначалу я об этом никому не сообщал. Только спустя время написал домой, но не родителям, а сестрам. Они скрывали от мамы, письма прятали. Но материнское сердце все равно чувствовало. Потом мама рассказывала, что плакала по десять раз в день, очень переживала.

 Приходилось встречаться лицом к лицу со смертью?

 Одетые во все белое «духи» нас пугали. В гористой местности невозможно угадать, откуда они могут появиться. В первых операциях мы, молодые солдаты, боялись, а старшие, более опытные, общались с местными, даже дружили. Они ведь тоже были обычными людьми, как и мы.

Во время одной из операций мы подорвались на итальянской мине. Товарищ получил ранение в бедро, я и еще один мой сослуживец получили контузию. Мы лежали без сознания, нас забрали вертолеты и увезли в госпиталь в Душанбе. Там мы лечились, а потом продолжили службу.

Однажды наш Ми-8 с тремя десятками солдат на борту потерпел крушение. К нашему счастью, не взорвался. В тот день погода была плохая, сильный ветер. Когда вертолет не смог взлететь, мы спрыгнули с двухметровой высоты и посреди поля остались дожидаться другого вертолета.

 Не было сожаления, что приходилось стрелять в людей?

 Нет, мы же просто солдаты, выполняющие приказ. Если ты не стреляешь, то стреляют в тебя.

 Помните момент, когда, завершив службу, вернулись домой?

 С поезда меня встретил один шофер. Он сказал, что папа работает в соседнем селе Среднее Балтаево в парке сельхозтехники. Тут же пошел к отцу. Это была зима. Я в зеленой фуражке, в шинели. Зашел в мастерскую. Папа как увидел – остановил работу, сорвал с себя сварочную маску и обнял меня. «О, на сегодня у меня работа закончена», – такие его слова я запомнил. Оттуда вдвоем пешком пошли домой. Прихожу – а у мамы вся голова седая… Скорее крепко обнял ее.

 Афганские события не снятся, не тревожат воспоминания?

 В первое время часто вспоминал. Иногда ночью, когда сон пропадает, думаешь о тех временах или, наоборот, резко просыпаешься от воспоминаний. Очень много лет ведь уже прошло. Слава богу, сейчас жизнь у нас мирная. Иногда думаю – видимо, остался в живых ради своих еще не родившихся детей.

«Жарили черепах»

– Наверняка с питанием на войне были проблемы…

 Не могу сказать, что питание было плохое, что мы голодали. Ели тушенку, рыбные консервы, сухари. Разное, наверное, было время. Постоянно рыба тоже надоедает. И черепаху жарили, потому что хотелось мяса.

 Ты не жалеешь, что службу пришлось проходить в Афганистане?

 Нисколько. Конечно, было много опасностей, но что-то хорошее ведь тоже было. Увидели Памирские горы, пили воды реки Пяндж, своими руками срывали вкуснейшие персики, ели арбузы, дыни. Таких вкусных арбузов я больше нигде не ел.

 Много потерял сослуживцев?

 Много. После службы многие умерли от ран, болезней. К сожалению, каждый год уходят по одному-два земляка. В такие моменты стараемся помогать близким, семьям наших друзей.

 Как поминают афганцев?

 Каждый год администрация района приглашает родных и близких погибших на войне или умерших от болезней после возвращения на родину, накрывает столы, дарит подарки. Мы сами каждый год возлагаем цветы к мемориальной доске воинов-афганцев в Апастово, чтим память погибших минутой молчания. Также в День Победы выходим на митинг, участвуем в марше.

«Желание стать врачом появилось именно в армии»

 Именно в армии я захотел стать врачом. Глядя на санитаров, появилось желание так же лечить людей, помогать им. Летом сдал экзамены и в 1987 году поступил в Казанский медицинский институт.

 Тяжело было учиться?

 Нелегко, но я старался.

Проходил интернатуру в Казани, там познакомился с женой Эльмирой. Встречались один год, потом поженились. Тогда уже у меня был диплом на руках. В 1994 году вернулся в родной край, начал работать в соседней деревне. В следующем году исполнится 30 лет, как я возглавил Среднебалтаевскую участковую больницу. Я благодарен, что мой труд высоко оценили – в 2020 году дали почетное звание заслуженного врача Республики Татарстан.

Даже дома мой рабочий день продолжается – кто-то звонит, чтобы спросить совета, и домой приходят. Когда слышишь слова благодарности, понимаешь, что ты нужен людям, в душе становится приятно. Каким бы беспокойным день ни был, не жалуюсь. Коллеги у меня опытные, отзывчивые. С ними все трудности кажутся преодолимыми. В 2020 году наша амбулатория была отремонтирована и оборудована по федеральной программе. Открылось новое отделение гериатрии, которое также будет помогать пожилым людям из соседних районов.

Фотографии из личного архива Айрата Рахматуллина

Алсина Рахматуллина, intertat.tatar; перевод с татарского

источник: https://www.tatar-inform.ru/news/

Добавить комментарий



loading...

ЛЕГЕНДЫ ТАТАРСКОЙ ЭСТРАДЫ


HABEPX