«Я себя ощущаю татарстанским русским»

       Мы выяснили, каково это – учить татарский, будучи русским, какие удивительные вещи есть в этом языке и что нужно, чтобы он стал популярным.

«Интерес к языку человека, как он мыслит на этом языке и как детали его мышления от этого языка меняются – это чисто любознательное, на отношение к человеку это не влияет»

Фото: © Рамиль Гали / «Татар-информ»

«Изучал татарский, подслушивая соседей и пассажиров трамваев»

 Вы русский или татарин? Существует теория, что вы на самом деле татарин, который скрывается за маской русского.

– Забавно, конечно, что вокруг этого есть целая теория. А она объясняет, зачем теоретическому татарину такое нужно? Какие у него цели? Я – русский. Бритый налысо бородатый мужик, работающий программистом в банке. Остальные подробности, насколько возможно, в публикациях. Они полностью соответствуют действительности.

Но если интересно «за самоидентификацию», я ощущаю себя «татарстанским русским». Мое отношение к другим людям не складывается из их национальности. Первоочередное – это отношение человека к другим людям, к своим потребностям, целям, идеям. Интерес к языку человека, как он мыслит на этом языке и как детали его мышления от этого языка меняются. Это чисто любознательное, на отношение к человеку это не влияет.

 Первый ваш пост датируется 21 января 2020 года. Скажите, как пришла идея такого блога? Как вы на это решились?

– Да очень просто: увидел, что на Яндекс.Дзен стали возникать каналы самой разной тематики. Туда Яндекс забрасывал всякого рода людей в качестве читателей. И идеи находили отклик. А у меня была мысль, что я за всю свою жизнь «до» накопил немало соображений и наблюдений на тему языка. Хотелось бы услышать, насколько эти соображения актуальны и для кого. 

Раньше у меня был дневник в ЖЖ («Живой Журнал», англ. LiveJournal, – прим. Т-и), но там все подписчики «свои» и явно не удастся получить много обратной связи и охватить кого-то, для кого мои мысли были бы и новы, и актуальны. Первое время я просто делал записи на те темы, которые меня давно волновали, но никак не получалось найти собеседников, чтобы свободно пообщаться на эту тему.

А решиться было легко. Это своего рода анонимный клуб пытающихся пережить какую-то проблему. Можно откровенно высказать то, что думаешь, услышать обратную связь. Было бы гораздо сложнее, если бы мне и читателям надо было непременно делать это с полным раскрытием биографии.

– Вы пишете в своем блоге, что вы русскоговорящий, но всю жизнь изучаете татарский. Скажите, «всю жизнь» – это сколько в годах? И откуда в вас такой интерес к татарскому языку? 

– Примерно N минус 4 лет. N – мой текущий возраст, а 4 – возраст, с которого я себя помню. Я родом из 1980-х.  

На тему, почему такой интерес есть, я постарался расписать несколько статей еще в самом начале ведения блога, но самокопание и самоанализ продолжаю до сих пор. Если кратко, то это, во-первых, одобрение к изучению татарского в семье, как в принципе к любому знанию, получить которое можно было «на халяву».

Во-вторых, молодежный «панковский» протест против норм, согласно которым (тут у татар и русских консенсус) «русским татарский не нужен» в сочетании с нежеланием прожить жизнь «по колее».

В-третьих, возможность влиять своими действиями на татарский сильнее, чем на русский или английский, ведь чем меньше community (сообщество (англ.), – прим. Т-и), тем выше удельная ценность каждого носителя и тем мощнее чувство внутреннего одобрения своей деятельности. Надо сказать, что подобное отношение к чему угодно, к какому угодно знанию – залог высокого качества жизни в условиях современного мира. 

«Для меня самая эффективная методика обучения – это когда с тобой говорят в очень раннем детстве и не понимают твоих ответов, пока ты не скажешь правильно на нужном языке»

Фото: © Рамиль Гали / «Татар-информ»


– И как вы изучали татарский? Назовите, по вашему мнению, самую эффективную методику обучения.

– Изучал, подслушивая соседей и пассажиров трамваев, запоминая то, что давалось в школе. То есть просто мотивированно, не отгораживаясь и не прячась, пропускал через себя то, что давала школа и окружение. А еще я всегда жалел, что мне все равно для этого приходится осуществлять какие-то ментальные усилия. 

Для меня самая эффективная методика обучения – это когда с тобой говорят в очень раннем детстве и не понимают твоих ответов, пока ты не скажешь правильно на нужном языке. Это та методика, по которой любой человек учится говорить в принципе.

– В вашей семье говорят по-татарски?

– Семья – понятие растяжимое, в «большой родне» есть те, кто говорит, но их влияние, можно сказать, «никакое». В маленькой ячейке общества из двух поколений, где я за старшего, главный «говорильщик» по-татарски – я.

– Расскажите немного о самых интересных находках в татарском языке. У вас есть статья «Каких слов нет в татарском языке, да так, что татары без них обходятся?». Условно 3-5 таких интересных примеров, о которых даже сами татары не знают.

– В этой статье скорее было о том, что в некоторых ситуациях у русскоязычных и татароязычных совсем разная логика построения предложений при объяснении ситуаций. Но такие находки, неожиданные для меня, и правда есть, стараюсь делиться ими по мере осмысления:

1) Специальное окончание к существительному, для обозначения того, что эти предметы выступят валютой, которой будет сделан платеж: «-лата» (долларлата, биткоинлата, аракылата түлибез).

2) «Без» – это не только «мы», но и «шило».

3) В татарском языке очень много слов для колес: два основных для обычных, а еще отдельные забытые слова для водочерпального (и пароходного), зубчатого, точильного, мельничных колес. Все последние – древние индоевропейские, и от одного корня.

4) «Тирбәлү» и «тибрәлү» – это два разных слова с чем-то похожим в значении. А «тонык», если верить словарям, это и «мутный», и «прозрачный». Комментаторы тоже не пришли к однозначному выводу, какова главная идея этого слова, общая для обоих значений.

5) Нитү – не слово-паразит, замещающее забытый глагол, а особая часть речи, отсутствующая в русском. Так называемое «местоглаголие». И есть языки, где использование аналогичного слова вполне себе норма литературной речи.

«Есть ощущение, что татарский остается только в тех семьях, где он есть по инерции, а интерес к нему бывает в семьях, в которых поощряется любое знание»

Фото: © Рамиль Гали / «Татар-информ»

Татарский меня выбрал по месту рождения и проживания»

– Главная особенность татарского языка, которая отличает его от других и привлекает к нему внимание?

– Не могу говорить объективно. Я не мог выбрать какой-то другой язык для своего интереса, я же не Дмитрий Петров. Это татарский меня выбрал по месту рождения и проживания.

Мне нравится фонетика в сочетании с русским языком, разминает рот сразу на способность говорить без акцента еще на нескольких языках, но тут как раз ничего уникального нет. 

Если говорить о том, какие интересные «штуки» в нем есть, отличительные черты всей тюркской группы, например, – это понудительный залог, который делает из «ярый» «ярата». И вся логика вокруг него. Когда люди усваивают язык из среды и когда учат в школе, глаголы разных залогов как будто сами по себе, просто однокоренные. Мало кто анализирует их происхождение. Если же обдумать пример с «ярау» и «ярату», то выходит, что «любить» – это «заставить/позволить/допустить, чтобы сгодилось, подошло». Сам факт того, что одной грамматической категорией можно выразить и «допустить», и «позволить», и «заставить», и «опосредованно сделать», тот самый «понудительный залог», – очень интересная штука.

– Как вы думаете, молодежи сейчас интересен татарский язык? 

– Время летит быстро, с 2017 года (год исключения татарского языка из школьной программы) прошло 5 лет, это половина времени обучения в школе. Не могу знать. В 2017 году у ребят из семей, где поощрялись любые знания у детей, интерес был. А сейчас они уже студенты. В моем поле зрения сейчас молодежь «детсадовская».

Вообще даже близко нет единого ответа на вопрос, некой «серебряной пули». Все распадается на разные возрастные группы, а в пределах одного возраста – на разные интересы, жизненные установки.

От детей в возрасте, когда им естественно усваивать языки, в том числе свой первый, наверное, не совсем корректно ожидать интереса в привычном понимании – как к целенаправленному «давай сядем и поучим». В их случае интерес – это уточнение «а что значит то или иное слово?». А это всегда у них возникает, когда они погружаются, сталкиваются с татарским. Только тут важно «окно Овертона». 

Чтобы спросить о значении слова, надо, чтобы оно было одно на 5-7 понятных или как-то примерно в понятном контексте. Иначе блокируется все вместе сразу как непонятное и в результате просто отторгается. Значит, ранее до этого таким же образом должны были «зайти» эти 5-7 понятных. Это происходит, когда языковая среда неполноценная, и вы предпринимаете какие-то специальные усилия, чтобы дети знали татарский. В полноценной языковой среде все происходит самостоятельно.

А вот с ребятами возрастом постарше не могу утверждать. Боюсь, что интерес не может возникать там, где ребенок, подросток, юноша или девушка полностью сегрегирован условиями от присутствующего в их жизни хоть со знаком плюс, хоть со знаком минус татарского. Есть ощущение, что татарский остается только в тех семьях, где он есть по инерции, а интерес к нему бывает в семьях, в которых поощряется любое знание. Сама среда же у нас, всецело нацеленная на удобное потребление, не развивает этот интерес.

 Как можно увеличить интерес к языку?

– У кого? Среди уже заинтересовавшихся, которые сами предпринимают какие-то действия? Им не интерес надо поднимать, а давать доступность материалов. 

Как выучившим татарский «как иностранный» и без полноценной языковой среды сделаться похожими на natives – тех, кто говорит на нем как на родном? 

Например, какие татарские слова из словаря в реальной речи скорее заместить русскими, немножко дать обесцененную лексику, какие-то не совсем верные грамматические обороты, характерные для native-спикера (англ. – носитель языка), и тогда каким образом можно попытаться выдать себя за него, чтобы не сразу заметили ваше отличие? Да, многим от условно среднего уровня языка до «почти как на родном» трудно подобрать мотивацию лучше, чем попытка довести себя до уровня «чтобы не отличить от тех, кому родной», а это включает очень разные пласты, про которые взрослый у взрослого порой не может поинтересоваться. Нужны материалы, которых нигде в сети нет.

В результате после курсов и уроков взрослому человеку еще долгие годы придется тайно подслушивать чужую татарскую речь.

«Мне нравится фонетика в сочетании с русским языком, разминает рот сразу на способность говорить без акцента еще на нескольких языках»

А среди кого нужно предпринимать действия по «поднятию интереса»? А иногда просто по его созданию? Среди тех, кто об этом не думает и татарского никак не касается. Как? Увеличивать их хотя бы пассивное взаимодействие с языком. 

Яркие, привлекательные, направленные на потребление надписи с задорным слоганом на русском? А рядом должен быть слоган на татарском. Не буквально переведенный, а тоже креативно составленный. Восхитившийся русским вариантом пытливый ум не сможет устоять, попытается понять, как составлена татарская фраза. Поставить в общественном месте вперемешку западную и татарскую музыку схожего качества звукозаписи. Вообще создать ощущение, что «я тут без татарского проживу и ничего не потеряю», – это не совсем верно. «Что-то интересное, что обсуждают все, кроме меня, проплывает». На татарском что-то происходит, оно близко, доступно для понимания при небольшом напряжении, и если эти усилия приложить, то найдешь спрятанные «пасхалки».

Отдельно – взаимодействие с людьми. Вообще прихожу к выводу, что по крайней мере у детей мотивация запоминать татарский и использовать его в общении, для тех, кто понимает, происходит от ожидания других людей, что ты будешь и понимать, и говорить. Ребенок готов подстраиваться, его мозг активно ищет способы, чтобы быть понятым, получать одобрение от взрослых.

Поэтому, возможно, тут сыграл бы такой способ: взрослые люди, для которых татарский родной, могли бы к незнакомым детям обращаться на татарском, и переходить на русский только при конкретном непонимании. Даже если видно, что эти дети между собой или с родителями общаются на русском. Не жалеть эти 5-10 секунд своего времени ради общего блага. Более-менее понимающие дети поддержат разговор, ответив хотя бы на русском, но не переспросив самого вопроса, а не понимающие уловят месседж, что уметь в такой ситуации ответить на татарском – вариант нормы. Но подобный подход, похоже, не будет работать со взрослыми. Они испытывают лютейшую фрустрацию от такого, что собеседник не ценит их такими, какие они есть, что им поздно меняться, что выводить их из зоны комфорта – страшнейший грех. Но вот с детьми так можно, у нас общепринято, что вывести детей из зоны комфорта умственной нагрузкой полезно. Значит, надо этим методом пользоваться.

источник: milliard.tatar

Добавить комментарий



loading...
HABEPX